heyhey.ru

Туземец
Прожить две разных жизни – вот прекрасная мотивация для городского охотника. Две жизни полные вызовов и борьбы, побед и лишений.?

Первая жизнь – ты оборудование для лазерной резки горожанин. Ты муравей, борющийся со всем муравейником. Бой на каждом шагу – в транспортной пробке, в автобусной давке, на работе, в семье. Кто-то этим упивается, принимая ежедневный вызов, кто-то подстраивается в ожидании лучших времен, кто-то ломается.

Вторая жизнь – это уже не ты. Этот человек пробирается по зарослям, читает следы животных и птиц, разбирается в их кале, ночует на кочке, ест только экологически чистое. Вместо перхоти из его шевелюры сыплется хвоя. Он силен, быстр и благороден. Он дик и очень чувствителен, с нарушенным кислотно-щелочным балансом и чистой душой!

Порой в этой лазерные оборудования второй жизни ты попадаешь в другой мир. Там все по-другому. Другие? дома, другие люди, другие отношения, совсем другие приоритеты (новости с Ближнего Востока не кажутся такими важными). Время течет совсем по-другому, порой не понятно куда. А еще бывают очень странные дороги.

О другом мире мой рассказ.

В пяти километрах от нашей странной деревеньки растет еще более странная деревушка – Иванова Горка. Обе они отстоят от красивейшего Белого озера на 500 – 600 метров. Причина такого архитектурно-планировочного решения ужасна и передается у местных жителей из поколения в поколение, из уст в уста.?

В старину деревни стояли на красивых, высоких берегах. Но в? смутное время? — в 17 веке, пришли шведы и жестоко убили станок лазерной резки всех от мала до велика. Особенно подробно рассказывают, как малых деток давили между лавками. Спасшиеся и вновь прибывшие не осмелились селиться на прежних местах.

Ныне дороги в Иванову Горку нет. Добраться можно только пешком или на тракторе. Поэтому и деревушка почти умерла. Известная прежде на всю округу своими скорняками, славная большими домами с? барскими? крыльцами – Горка, имеет теперь только одного жителя.? Туземец? — называет его мой дед –? то есть, той земли человек? — с удовольствием объясняет он значение этого слова.?

В? той земле? все не так. У нас маленькие, старые домики из последних сил? поддерживают? дачники,? там? рушатся здоровенные хоромы. У нас берег озера и единственная улица угажена пикникующими и рыбаками, палисадники же цветут лазерный гравер всеми цветами радуги.? Там? идеальный? немецкий? порядок и чистота, но ни каких излишеств. К тому же единственная? горская? улица на половину мощена камнем! И это не все из достопримечательностей соседней деревни. Через Иванову горку протекает речушка – Бычиха, а на ней, прямо посреди деревни стоит огромная бобровая хатка. Такому соседству? туземец? не рад – приходится за водой ходить и стирать на двести метров выше по течению.

Лес фрезерный станок с ЧПУ в? той земле? и то не такой. Любит тамошний хозяин дрова. Дом, баня, хлев, сарай и сеновал все постройки обложены колотыми дровами (надеяться, в случае чего, не на кого, вот и припасает). От этого лес вокруг Ивановой? Горки чистейший. Нет ни одной валежины или сушины. Заготавливает он аккуратно, после него ни веточки, ни щепочки не остается.
— А как зовут? туземца? — спрашиваю я у деда. В надежде услышать, что-нибудь типа? Карл? или? Фриц?.?
— Да – Сашка – отвечает тот с некоторым пренебрежением – он на два года меня младше.?
У восьмидесятидвухлетнего? Сашки? серьезное хозяйство – лошадь, две коровы, птица.

В? том? чистом лесу зайца немного. Но как только хорошая погода – мы с дедом идем охотиться именно сюда. Как и сегодня – морозный солнечный день. Снега экономический лазерный гравер чуть выше щиколотки. Надежды на? гон? немного (четыре дня назад тропа была еще черная), но настроение прекрасное!

Еще бы не прекрасное – звенящий морозный воздух, солнце, все сверкает, а где-то в километре от нас заливается, выводит на разные голоса… да не Плакун, а? туземец?.. Вот мы и стоим тут смеемся, обсуждаем с дедом странности? тех земель??
— Ишь, как глотку дерет, и простыть не боится – толи восхищается, толи завидует дед.?
— А кто его знает, чего он моргает!.. — ? Сашкин? голос стал удаляться.
— Песни-то все из старых фильмов – говорю – Четвертую слушаем и не Баскова тебе ни Пугачевой, не актуальный репертуарчик.?
— Хорошие все песни – не поддерживает мою шутку дед – а у него, ведь, телевизора-то нету. Новый репертуар, откуда возьмешь?
— Казак лихой, орел степной… – с новой силой разносилось по лесу.?
— Что же, он там кругами, бегает по лесу, что ли? – спрашиваю я.
— Да нет, это кобылу свою к снегу и саням настольный фрезерный станок с ЧПУ приучает. Вот и ездит рысцой, кругами катается. Меня отец в детстве с братом так же возил с песнями, на скорости, такие восьмерки по лесу крутили – эх! – Вот теперь точно вижу – дед завидует!?
— Красиво жить не запретишь. Хочешь жить по-своему – езжай в тайгу! – пытаюсь я вернуть собеседника к действительности.
— Да, жизнь у него не сахар. Одному и свихнуться не долго. Взять хоть его мостовую!?
— А что мостовая? – этот вопрос мучил меня давно.? Как так, в глухой деревне и мощеная улица???
— Ну! Не обратил внимание, что ли?? Следопыт? хренов! Мостовая-то каждое лето метров на пять-шесть растет!
— Не может быть! Туземец докладывает? Зачем это ему? Во – дает!
Дед видя мою реакцию вовсе взревновал.
— Ладно, пошли режущий плоттер охотиться! Плакун к Мысловскому побежал. Так и гона не услышим.
Целый день я не знал, что же думать о? туземце?.. Кто он? Затерявшийся в лесах, маленький, выживший из ума дедушка? Или? мощный старик?,?? человечище? радующийся жизни и меняющий мир под себя? Жалость и огромное уважение перемешивались в моей голове как в миксере.
Вечером? за маленькой, под зайчика? я спросил у деда:?
— А как думаешь, Николай Васильевич, а зачем же? туземец? улицу-то мостит??
— Да я не думаю, я знаю. Сам у него спрашивал… — дед выдержал паузу не хуже Ельцина. – Перед самой войной, в колхозе, ему разнарядка была дана на эту мостовую. Тогда он успел сделать флеш-машина для изготовления красконаполненных печатей только первые? двадцать четыре метра.
А теперь, как? тронулся? от одиночества, так и решил доделывать.
— Без стакана, тут не разобраться…?
Доедали молча.
— Вот, что я скажу тебе, Николай Васильевич! – осенило меня с минимальной дозы – ведь не сошел? туземец?? с ума! Он же эту улицу в свою молодость мостит! В ту жизнь, что война у него украла! В ту жизнь, где цветет родина его – Иванова Горка.
Навернулись слезы у деда моего — ветерана войны. Согласился он, вижу, уважать? Сашку? из непонятной деревушки.
— Да мы же с ним, с фронта, только деревообрабатывающий фрезерно-гравировальный станок с ЧПУ вдвоем, в наши места и вернулись! Из четырех деревень...

Лежал я перед сном и долго думал об этом? другом мире?, о? других? людях, о? других? дорогах, о? других? деревеньках. Думал о роли? цивилизованных? наций в истории края нашего.
? Красивые у нас все-таки места! И люди красивые! Добрые места наши и люди добрые! Ведь только в наших удивительных местах могут быть такие удивительные люди! Ведь красит место человека! – точно говорю! А человек, красит место! – как? туземец?!?
На том и уснул.? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?? ?

Качественная и надежная лазерная машина для резки из Redsail Китая можно гравировать и резать такие материалы как: Акрил, дерево, стекло, резина, пластика и т.д. Лучший выбор для рекламы и изделия сувинира.